24 июля в своём доме в Нормандии умер Дэвид Хокни — британский художник, чьё имя стало синонимом художественного бунта, экспериментов с перспективой и солнечных пейзажей Калифорнии. Ему было 88 лет.
Хокни — последний из великих британских поп-артистов 1960-х, чьи работы одинаково узнаваемы и в музейных залах, и на обложках альбомов, и в интерьерах голливудских особняков. Его картины с бассейнами, наполненные светом и тишиной, стали визитной карточкой Лос-Анджелеса — города, который он полюбил с первого взгляда и сделал своим.
Родился Хокни в 1937 году в Брадфорде, четвёртым из пяти детей в семье рабочих. Родители поддерживали его увлечение рисованием: первую картину — портрет отца — он продал за 10 фунтов на выставке в Йоркшире в 1957-м. После службы санитаром в госпитале (как убеждённый пацифист он отказался брать в руки оружие) Хокни поступил в Королевский колледж искусств в Лондоне. Уже тогда он выделялся: отказался рисовать обнажённую натуру, вместо этого представив на диплом работу «Рисунок для диплома» — изображение мужского тела из американского журнала для бодибилдеров. Колледж, не желая терять талантливого студента, изменил правила и присвоил ему диплом.
Лондон, поп-арт и бунт против условностей
В начале 1960-х Хокни стал заметной фигурой на лондонской арт-сцене. Его работы — яркие, провокационные, откровенно гомоэротичные — бросали вызов консервативному обществу. В 1961 году он написал картину «Мы, двое мальчиков, прижимаемся друг к другу», вдохновлённую стихотворением Уолта Уитмена. В то время в Британии гомосексуальность ещё считалась преступлением, и такие работы были не просто искусством, но и политическим жестом. В 1962-м Хокни создал «Чистка зубов, ранний вечер (10 вечера) W11» — композицию с тюбиками зубной пасты и цепями, которая стала одной из первых открытых репрезентаций гей-культуры в британском искусстве.
Внешность Хокни — белокурые волосы, толстые очки, вечно свисающая с губ сигарета — стала частью его легенды. Он вращался в кругу Энди Уорхола, Осси Кларка и Денниса Хоппера, но при этом сохранял рабочую дисциплину йоркширца. «Я никогда не был плейбоем, — говорил он позже. — Я просто любил веселиться, но всегда знал, что в девять утра нужно быть в студии».
Калифорния, бассейны и рекордные аукционы
В середине 1960-х Хокни переехал в Лос-Анджелес, и этот город навсегда изменил его искусство. Здесь он нашёл свой фирменный мотив — бассейны, залитые калифорнийским солнцем. Картины вроде «Большой всплеск» (1967) и «Портрет художника (Бассейн с двумя фигурами)» (1972) стали иконами поп-арта. Последняя в 2018 году ушла с аукциона Christie’s за 90,3 миллиона долларов — рекорд для живущего художника на тот момент.
«Это спокойное переживание любви и печали», — писал о картине критик The Guardian Джонатан Джонс.
Хокни никогда не замыкался на одном стиле. В 1970-х он увлёкся фотоколлажами, создавая «джойнеры» — многослойные портреты из полароидных снимков. Его эксперименты с перспективой сравнивали с кубизмом Пикассо, которого он боготворил. Позже он обратился к опере и балету, оформляя декорации и костюмы, а затем — к цифровым технологиям. В 2010-х Хокни рисовал на iPad, отправляя друзьям сотни цифровых набросков по электронной почте. «Меня интересует только то, что создаёт картины», — говорил он.
Трагедии, технологии и возвращение в Англию
В 2005 году Хокни вернулся в Йоркшир, но в 2012-м его настиг инсульт, временно лишивший речи. Тем не менее, он продолжал работать. В 2013-м случилась трагедия: его 23-летний помощник Доминик Эллиотт скончался в доме художника после употребления бытовой химии и наркотиков. Хокни признавался, что после этого события думал бросить искусство — он не мог рисовать несколько месяцев.
Хокни был известен своим иконоборчеством. Он несколько раз отказывался от рыцарского титула и однажды отклонил предложение написать портрет королевы. В книге «Тайное знание: открытие утраченных техник старых мастеров» (2001) он выдвинул гипотезу, что великие художники прошлого использовали оптические приборы для создания своих шедевров — теория, вызвавшая бурные споры среди искусствоведов.
«Учить людей рисовать — значит учить их смотреть», — говорил Хокни в одном из последних интервью. Его искусство действительно научило целое поколение зрителей по-новому воспринимать мир — будь то через призму бассейна в Беверли-Хиллз или через экран iPad. Несмотря на славу и богатство, он оставался скромным человеком, сосредоточенным на настоящем. «Я не слишком много размышляю, — говорил он в 2015-м. — Я живу сейчас. Это всегда сейчас».
По данным The Guardian — Culture.