Первый документальный фильм о Жане-Мишеле Баския (Jean-Michel Basquiat), созданный при поддержке его семьи, наконец-то вышел на экраны. Документальная лента «Жан-Мишель» (Jean-Michel) режиссёров Куинна Уитни Уилсона и Виридианы Либерман, премьера которой состоялась на фестивале «Трайбека», теперь доступна на платформе Netflix. Это не просто ещё один фильм о легендарном художнике — это первый проект, который опирается на личный архив семьи Баския: домашние видео, фотографии, эскизы и блокноты, позволяющие увидеть художника без мифов и легенд, окружающих его личность.
Ранее о Баския снимали фильмы, но все они фокусировались на отдельных периодах его жизни. Например, «Даунтаун 81» (2000) — это почти этнографический снимок андеграундной сцены Нью-Йорка конца 1970-х, когда Баския ещё не был признанным художником, а «Boom for Real: The Late Teenage Years of Jean-Michel Basquiat» (2018) рассказывал о его подростковых годах, когда он начинал свой путь как уличный художник и создатель легенды SAMO©. Фильм Джулиана Шнабеля «Баския» (1996) с Джеффри Райтом в главной роли стал первым биографическим проектом, но он больше напоминал художественную интерпретацию, чем документальное исследование. «Жан-Мишель» же впервые представляет Баския как многогранную личность: ребёнка из обеспеченной семьи, вундеркинда, бродягу, рок-звезду андеграунда, наркомана, медийную персону и, конечно, гения, чьё творчество изменило искусство XX века.
Фильм не сглаживает острые углы. Он показывает Баския таким, какой он был: харизматичным, но противоречивым, способным на щедрость и одновременно на ревность и жестокость. Например, в одном из эпизодов рассказывается, как на выставке в музее Уитни он испортил картину Шнабеля ручкой. Авторы ленты подчёркивают, что Баския был человеком, который жил на грани — как в творчестве, так и в жизни. Его мать, Матильда, четвертое поколение пуэрториканки, привила ему любовь к искусству, но после развода родителей её психическое здоровье ухудшилось, а отец, гаитянский иммигрант и бизнесмен, пытался загнать сына в рамки «американской мечты». Баския выбрал свободу: в подростковом возрасте он сбежал из дома, увлёкшись контркультурой конца 1970-х, и стал частью андеграундной сцены Нью-Йорка, где квартирный вопрос решался не арендой, а захватом пустующих домов. Кстати, среди его знакомых той поры была и Мадонна, с которой у Баския был роман на заре её славы.
Творчество Баския в фильме предстаёт как поток, который никогда не иссякал. Мы видим его детские рисунки, где уже проступают те элементы, которые позже станут фирменным стилем художника: кляксы, резкие линии, коллажи, геометрические элементы и повторяющийся символ короны. Его работы словно рентгеновские снимки души — в них нет фильтров, только чистая экспрессия. «Ты смотришь прямо в его мозг», — говорит один из собеседников в фильме. Баския использовал смешанные техники: слова, коллажи, графические элементы, иконографию, создавая произведения, которые были одновременно манифестом и заклинанием. Его картины несли в себе историю чёрной культуры и американского опыта, отражённую через призму его личного восприятия.
Фильм также раскрывает отношения Баския с Энди Уорхолом, которые были не просто дружбой, а творческим симбиозом. Уорхол, вдохновлённый Баския, вернулся к ручной живописи, создавая совместные работы. Критики встретили их в штыки, но это не помешало художникам оставаться близкими. После смерти Уорхола в 1987 году Баския потерял наставника и опору. Его последние годы были отмечены борьбой с наркотической зависимостью, попытками вернуться к семье и размышлениями о том, чтобы оставить живопись ради литературы. Однако его творческий потенциал оставался неисчерпаемым: за 27 лет жизни он создал более тысячи работ, которые теперь оцениваются в сотни миллионов долларов и ставят его в один ряд с Ван Гогом, Фрэнсисом Бэконом и Пикассо. Фильм «Жан-Мишель» — это не просто дань памяти, а возможность увидеть художника таким, каким его не показывали прежде: человеком, чья жизнь была такой же сложной и противоречивой, как и его искусство.